основы агрономии
(c)услышано от “фермера” где-то под Доманевкой
*На киевском центральном автовокзале женский туалет работает с 6 часов до 23. Мужской же почему-то круглосуточно.
* Глядя на столбы, поставленные на Московской площади под будущую эстакаду, я, кажется, разгадал загадку Стоунхенджа.
*Порядок с автобусными пассажироперевозками в этой стране могут навести только турки. Во всяком случае их “Гюнсел” остается единственной фирмой на маршруте, которая не разменивается на попутчиков. Автобус, в котором я ехал, подбирал буквально все, что двигалось. Апогея этот процесс достиг, когда под каким-то безвестным селом машина резко остановилась на обочине. Только начало светать, вокруг мирно паслись одинокие коровы и я поначалу подумал, что подбирать будем одну из них. В это время откуда-то слева с диким визгом на обочину вылетел фургон “ИЖ”. Из него вывалилась милая женщина с ребенком. На местный автовокзал они доехать не успели.
*Кому я искренне завидовал так это женщине с ребенком на передних сидениях. Какие-то знакомые кого-то из водителей (турки, о, где вы?!), они заснули на первых же минутах трипа и беспробудно спали вплоть до точки прибытия, невзиря на разговоры, свет и постоянные остановки, принимая при этом самые нетривиальные позы. Впрочем, вру. Такому непрошибаемому сну позавидовал бы сам Морфей.
Николаев-Киев:
* Запах дизеля в салоне усиленно пыталась перебить, работающая на полную катушку, система вентиляции. Слава Богу я быстро нашелся, как перекрыть ее доступ к себе. Соседу, судя по мерзлым движениям, это еще предстояло…
*Тронулись бодро. 10 минут - это не опоздание даже по дипломатическим меркам. Хорошо, что водитель об этом не знает…. Собрав всех безбилетников в округе (о, где вы, турки?!), благо наполненность автобуса напомнила о концертах “Мэлодия для двох сэрдэць”. Однако уже через час пути автобус остановился у обочины и включил аварийную сигнализацию. 5 минут суеты и мы снова едем. Чтоб еще через полчаса остановиться уже минут на 20. Особо неврные граждане стали проявлять элементы нетерпения. Блондинка с переднего кресла (еще несколько минут назад она сообщала кому-то по телефону, что наша Setra, дата выпуска которой теряется во мгле времен, “очень хороший автобус”) осведомилась у своего соседа: “Что-то с колесом?” Но тот мрачно промолчал. Рядом уже остановился коллега по предприятию. Через открытую дверь доносится разговор: “Там штуцер старый. Прогнил проржавел весь на…прочь. Я трубку натянул уже, на что осталось, и закрепил, надеюсь, дотянем”. Нетерпеливая блондинка снова обратилась к соседу: ”Так, а что случилось?” Сосед: “Штуцер старый совсем…” Блондинка многозначительно: “Аааа”
*Кто-то откинуло спинку кресла “поудобнее”. Раздается недовольное урчание: “Разве вы не видите, что мне мешаете?” Ответ поразил глубиной философской мысли и осознанием демократических процессов, идущих в стране: “Вы мне тоже мешаете! Деточка, это автобус, а не бордель, здесь все всем мешают ровно настолько, насколько никто ничего с этим не может поделать. Тот, кто мешает другим чуть больше, оказывается на обочине. Причем иногда прямо на ходу”. И, обращаясь уже, видимо, к кому-то, кто хотел заступиться за хрупкое создание вопросом “ты че, самый умный?” добавил: “да-да, молодой человек, это я про вас…”
*Мне повезло. Я нестандартный человек. Я понял это, трижды проехавшись в трех разных автобусах. Всюду мои попытки усесться поудобнее заканчивались болью либо в пояснице, либо в шее. Это замечание не стоило бы выеденного яйца, если бы я не слышал подобные жалобы от людей совершенно разной комплекции, пола и возраста…